«Старости нет. Есть «немолодость»»...

    Где вы храните свою смерть? В бутылке «Джина», в сигарете, на гранях острых подводных камней океана? О, полагаю, что по убеждению многих современных людей, вы храните её в ящике комода. Таково ощущение контроля, дарящее безопасность. Если так, то шесть патронов нужно хранить в другом ящике. И всё это — запереть самым надёжным образом.

    И тогда, на годы, которые покажутся вам мгновениями, вы станете хозяином своей жизни, своей безопасности. И можно будет планировать светлое будущее. К примеру, закончить престижный университет, устроиться на хорошую работу. Ах, да! Загородный дом, жена и дети. И можно быть счастливым. До пряного вкуса во рту. До улыбки, что сводит скулы. До хруста шейных позвонков, пережатых галстуком винзорского узла. До того утра, пока не проснётесь с ощущением «Я.....» и без ответов на самые простые вопросы. А жизнь по капле будет уходить из вас. Её ежедневно будут тянуть из вас подруги, друзья, жены и дети, престижный дом, фирма, работа; не вините их — они ещё, может быть, не поняли, в какую чудовищную ловушку позволили себя заманить.

    Дело всё в том, что окружая себя мёртвыми предметами, мёртвыми радостями, мёртвыми отношениями, мы обязуемся стать кормчими, донорами формального мира, основа которого — страх. Наступает невыносимый момент, когда сам процесс существования адски болезненнен. Хочется откупорить джина, впустить в себя клубы дыма; подойти к комоду, открыть ящик, зарядить патроны и, последний раз взглянув в зеркало, — ужаснуться. В комоде лежала игрушка, детская пугалка. Смерть уже здесь. Улыбнувшись, она величественно дарит миг абсолютной ясности сознания. Тогда жизнь проносится за минуту.

    И приходит понимание главного: когда из страха быть собою мы отказываемся от близких, тёплых, нежных, мягких, родных. От настоящего. От подлинного. Кода вписываем себя в «правильный» уклад жизни большинства, мы превращаем нашу жизнь в страшный трагифарсовый спектакль.

    У меня всё, дамы и господа.

    P.S. Всем, кто чувствует, что «что-то не так». Каждому, кто смутно осознаёт: светлое будущее где-то припозднилось, а время ускорило свой бег. Всякому, кто в пустоте формальной жизни потерял себя. Тому, кто плакал в вечернем зале кинотеатра от сознания собственного глубочайшего одиночества. Тебе.

    Большая Собака подходит и уверенно кладет свой мокрый кожаный нос мне на книгу, прямо посередине. Чтение на этом временно останавливается – пытаюсь понять, что же нужно сейчас этому мягкому, шоколадному и доброму зверю от меня.

    - Неужели ты хочешь ко мне на диван? – спрашиваю я и делаю удивленный вид, как будто только что догадалась.
    - Да-да-да! - отвечают за собаку глаза цвета горького шоколада, потому как все мы знаем, что словами собаки все-таки говорить не умеют.
    - Ну ладно, залезай! – мучаясь страшными угрызениями совести, разрешаю я, зная, что мой муж потом будет ужасно злиться и на меня, и на эту мою маленькую слабость, да и на мою Большую Собаку – ведь нельзя же животному праздно возлеживать вместе с человеком на его же человеческом диване. А почему? Да потому что у них, то есть у собак, есть свои коврики, подушки, будки и все, что только может еще придумать для них Человек.

    Человек… Ох, уж этот Человек… Вы видели когда-нибудь разворошенное осиное гнездо? Да? Вот мои мысли сейчас очень похожи на этих оставшихся без дома ос…

    Почему Человек решил, что он может что-то решать за Собаку?

    Почему Человек решил, что он важнее и главнее?

    Почему Человек, как бы сильный и как бы разумный, позволяет себе быть жестоким и безжалостным по отношению к слабому и безмолвному, что вовсе не значит холодному и бесчувственному зверю, которого он же Человек и приручил?

    Кто дал право Человеку решать — имеет ли Собака право жить? И если вдруг Человеку кажется, что не имеет, то просто взять и убить ее…     Почему Человек не может любить Собаку так искренне и бескорыстно, как Собака может любить Человека?...

    Почему людям вообще сложно любить? И здесь речь скорее не только о собаках или других зверях…

    Ответов на эти вопросы в книге «Большая Собака» нет! Таких ответов вообще нигде не сыскать – их просто НЕТ!

    Зато в книге есть жизнь – реальная, смиренная, мучительная, а еще есть смерть, не менее реальная, смиренная и мучительная... Жизнь Большой Собаки (даже не одной)и Смерть Большой Собаки (тоже, к сожалению, не единственная), а еще есть жизнь людей – простая и обыденная, есть смерть людей, от которой очень больно и не очень, а еще есть Любовь и к Собакам, и к Людям, которая …

    И здесь я осознанно оставляю Вас и ставлю многоточие…

    Так часто бывает – вокруг полно рекламы того или иного фильма, а к тебе он приходит гораздо позже. Люди к этому времени (через года два – три) уже поделились на две группы: первые этот фильм уже посмотрели, вторые не посмотрят его никогда. И только маааааленькая кучка людей еще может когда-нибудь с ним встретиться. Так совершенно случайно ко мне пришел фильм «Кука».

    «Кино про любовь» - так подписали авторы свой фильм. Когда-то это странное сочетание названия и подписи отпугнуло меня навсегда. И, наверное, я бы никогда не стала смотреть этот фильм, если бы диск не был включен руками мужа в двд-проигрыватель.

    Обычное пустое начало, стандартные скандалы и разговоры. И даже Дина Корзун, которую я считаю одной из талантливейших актрис, не сразу привлекла мое внимание. Я начинаю внимательно смотреть фильм только тогда, когда в нем в самых неожиданных местах вдруг появляется Кука, маленькая девочка из ниоткуда…

    Кука… Слово из детства. Бессмысленное и смешное… Ку-ка… Так говорят маленькие дети. Так ласково называют маленьких и любимых. Ку-ка… С какого-то момента я вдруг начинаю страшно беспокоиться за судьбу этой умненькой девочки вместе с героиней Дины Корзун. Что с ней? Почему она одна? С кем она живет? Как ей живется?

    Чем больше моих вопросов остается без ответа, тем тревожнее становится у меня на душе. И вместе с этой тревогой в моей груди, в моем сердце просыпается что-то щемящее, давящее. Я долго не могу понять, что это…

    Только в конце фильма, когда слезы застилают глаза, я вдруг понимаю, что это было за чувство. Материнская любовь... Та, что хранится в сердце каждой женщины, та, что должна однажды проснуться и никогда уже не покидать женскую душу, та, которой еще надо уметь быть достойной. Встреча с Кукой может в этом помочь.

    Если бы я отправилась на необитаемый остров или в дальнее космическое путешествие, то непременно бы взяла с собой книгу Айн Рэнд «Источник». Так начинают думать многие, кто прочитал этот блестящий роман нашей бывшей соотечественницы, ставшей культовой американской писательницей. Айн Рэнд говорила: «Суть моей философии заключается в видении человека как героического существа, моральной целью жизни которого является его собственное счастье, благороднейшей деятельностью которого является продуктивная творческая деятельность, и почитающего разум в качестве единственного абсолюта».

    Так я начала свою рецензию. И остановилась. Об этом романе нельзя писать типично и стандартно. Потому что…

    Если существует список книг, способных перевернуть мировоззрение человека, «взорвать» его мозг, эта книга – и я в этом не сомневаюсь! – по праву занимает в нем одно из первых мест. В ней поражает многое. Сильные, будто выточенные из камня, образы главных героев. Такие же необычные и при этом вписанные в окружающий мир, как и здания, построенные архитектором Говардом Рорком. Любовь главных героев настолько прекрасна и далека от обыденности, что её смысл может быть постигнут далеко не каждым читателем. Подлость и серость, заполняющие мир романа, настолько отвратительны, что вызывают тошноту и чувство безнадежности. Похожесть на нас, сегодняшних, настолько велика, что вымышленные имена в уме иногда заменяешь реальными, узнавая в них ту или иную известную личность.

    Поэтому этот роман ни в коем случае не надо читать тем, кто не желает ничего менять в своей жизни. Его нельзя читать тем, кто хочет прожить свою жизнь тихо и спокойно. Тем, кто боится сильных мира сего и готов терпеть их глупые выходки и воплощать в жизнь их дурацкие идеи. Его не стоит брать в руки, если вы боитесь разочароваться в себе, в своей Вере, в своей ответственности, в своих ценностях. Не читайте этот роман! Иначе вы рискуете понять, как глупость и серость заполняют наш мир, наши города, нашу жизнь, наши головы! А если это понять, то есть только два выхода. Первый – начать бороться за свои идеи, сохраняя веру в свое предназначение, в свой разум, тем самым обрекая себя на отвержение и риск быть изгнанным. Второй – присоединиться к тем, кто борется с разумом и счастьем, и уничтожать тех, кто выбрал первое.

    Я выбрала первое. Что выберете вы?

    Читать в нашей славной стране принято, интересно, уважаемо. Почти так же, как ставить диагнозы всем подряд – и отдельным людям, и целым социальным группам. Согласиться, что у тебя простуда от того, что промочил ноги, так же просто, как увлекаться «чтивом». Во врачебном диагнозе есть что-то массовое, стандартизированное: ты соглашаешься на общую болезнь и такое же общее для всех лечение. И с книгами – также. Красивые книги в мягких и твёрдых переплётах, способные поместиться в карман, есть почти у каждого в повседневной рабочей сумке или рюкзаке; как капли от насморка.

    На днях приятель-врач сказал мне, что читает только профессиональную литературу. С утра до вечера – только медицинские справочники, статьи в журналах, конспекты профильных конференций по кардиологии. Никаких романов, философских притч или - о, боже! нет! – фантастических повестей. Он профессионал в своём деле, легко ставит диагнозы себе, пациентам, жизни.

    Той жизни, что вокруг нас. И вот мы уже говорим фразами героев романов, сериалов. Но существуют люди, которые читают жизнь с той же лёгкостью, что и роман про «убийцу садовника» по дороге в метро. Подмечая нюансы жизни каждого человека, они расставляют едва уловимые акценты. Особо отважные решаются написать об этой простой, каждодневной жизни. Харуки Мураками «молчал» до двадцати девяти лет, а теперь с лёгкостью расскажет любому на сколько операций можно разложить процесс глаженья рубашки. Или – создания бутерброда, бритья щёк, любви к женщине, добровольного ухода из жизни. В его текстах мало восклицательных знаков, предложения в основном повествовательные. Мелкими стежками, теневой гладью, вышивает он день человека на белом полотне жизни, потом ещё один день, складывая их в года. Переплетает узоры с другими людьми. Когда философия и принципы твоей работы – те же, что и в жизни, навык саморефлексии жизненно необходим.

    Творчество Мураками – это экзистенциальная саморефлексия в чистом виде. В мире стандартного молока, одежды, машин, работы, фраз, в Глобальном-с-БОЛЬШЬШОЙ-Буквы обществе его герои бесконечно дробят время своей жизни, многократно проживая повседневные заботы с возрастающей точностью, совершенством, любовью. Через проговаривание, проживание Харуки Мураками приводит своих героев к уникальности своего существования.

    Если бы доморощенный психолог попытался сейчас написать учебник «Обучение навыкам саморефлексии. Жизнь со смыслом», то он был бы вторым. Всё творчество самого западного из японцев Харуки Мураками - это учебник понимания простоты, уникальности и осознанности своей жизни для каждого человека. А только осознанное существование способно быть здоровым и независимым.